«Мне и Пушкин — целый мир» — Новости — Миллий тикланиш

Демократическая партия Узбекистана Миллий тикланиш

Логотип партии Логотип партии

«Мне и Пушкин — целый мир»

Вводящая в заблуждение новость под заголовком «В Узбекистане хотят штрафовать за язык Пушкина», опубликованная на «Вести уз», является, честно говоря, вопиющей клеветой, а в переводе на современный язык не чем иным, как провокацией. Потому что, если в Министерство юстиции Российской Федерации я напишу письмо на языке Навои, то точно знаю, на каком языке получу ответ. Неоднократно становилась свидетелем этого, посещая Россию  во время командировок. При этом в законодательстве России, как и в законодательстве Узбекистана, предусмотрено право обращаться в государственные органы и органы управления на желаемом языке, и в свою очередь, органы обязаны предоставлять гражданину ответ на языке поданного обращения. (Статья 15, части 4-5 Закона «О языках народов Российской Федерации», Статья 6 Закона Республики Узбекистан «Об обращениях физических и юридических лиц»).

Аналогичная ситуация наблюдается и в некоторых странах, придерживающихся принципов толерантности (гуманности). Другими словами, обращаться можно на языке Навои, и установлено отвечать гражданину наряду с государственным языком по возможности на языках народов той страны. Следовательно, в законодательстве обоих государств вопрос толерантности в обращениях граждан предусмотрен. Однако, будет правильным, если уважающие себя люди, отправляясь на работу в другую страну, выучат язык этой страны. Ведь узбекских трудовых мигрантов тестируют на знание русского языка и российской истории, даже законодательства! А численность узбекских трудовых мигрантов в России превышает более 2 миллионов человек. В  нашей же стране для около 1 миллиона наших граждан, относящихся к русской национальности, отсутствуют какие-либо требования по изучению узбекского языка.

В Узбекистане созданы достаточные условия для развития не только русского языка, но и для  языков всех народов, проживающих здесь. Система образования нашей страны основана на ценностях толерантности, именно потому образование ведется на 7 языках. Однако не является новостью, что до недавнего времени русский язык преобладал   в делопроизводстве в  органах государственной власти и управления,   а также в нашей повседневной жизни.  Мы вынуждены признать: стало обыденностью, что два узбека общаются на русском языке. Так как в нашей стране, цитируя Эркина Вахидова «отвечать на узбекское приветствие по-узбекски» было проигнорировано в течении многих лет.

Продолжая мысль, предложение об установлении ответственности за неведение делопроизводства на государственном языке считаю справедливым. В РФ законодательные документы ведутся изначально на государственном, то есть на русском языке, и это считается нормой. В этом случае возникает естественный, логический вопрос. Почему Узбекистан должен спрашивать у кого-то разрешения для использования правовых возможностей, применяемых во всем мире в свободном доступе? Значит, если документ не на государственном языке, а на другом – языке Пушкина, Данте, Гете … или Черчилля … – независимо на каком языке, он не будет обсуждаться. Предложение Министерства юстиции, что должностному лицу государственной организации, в которой делопроизводство не отвечает законам о государственном языке, будет наложен административный штраф, является важным шагом в языковой политике государства впервые за 30 лет.

Возвращаясь к надрывающим горла, как попугаи, некоторым коллегам из «Вести уз», хотелось напомнить резкие, но при этом справедливые высказывания сражавшейся за свой язык интеллигенции России в XVIII-XIX веках, когда считалось несчастьем быть русским, а интеллигенция была вынуждена не только писать на французском языке, но и думать.

«Господи помилуй! да будет ли этому конец? долго ли нам быть обезьянами? Не пора ли опомниться, приняться за ум, сотворив молитву и, плюнув, сказать французу: „Сгинь ты, дьявольское наваждение! ступай в ад или восвояси, все равно, – только не будь на Руси“» (Ф. В. Ростопчин).

Действительно, не напрасно и Пушкин был вынужден свои первые поэтические эксперименты писать на ФРАНЦУЗСКОМ ЯЗЫКЕ. Даже если русский язык был дорог Пушкину больше жизни… Сегодня же его именем закреплен государственный статус… Однако, для меня, обычной дочери узбекской земли, несомненно ближе и приятнее истина, рассказанная нашим выдающимся поэтом:

Менга Пушкин бир жаҳону,

Менга Байрон бир жаҳон.

Лек Навоийдек бобом бор,

Кўкси осмон, ЎЗБЕГИМ. (Э.Вахидов)

Мне и Пушкин — целый мир,

Байрон — мир ещё один,

Но мой предок Наваи

гордост, сердце  — я узбек.( перевод Николая Илина)

Раз уж так, не будем забывать, что язык является нашим богатством, и первое условие для его прогресса начинается с правильного понимания и верной интерпретации новостей, связанных  с его развитием. Вывод следует изменить: У нас предусмотрен штраф не к языку Пушкина, а к тем, кто неверно истолковывает (интерпретирует) информацию.

Фируза Мухамеджанова

Заместитель председателя демократической партии Узбекистана «Миллий тикланиш».